Драконова магия [Операция «Поиск во времени». Драконова магия] - Андрэ Нортон

Тем временем пришло время, когда они наконец смогли увидеть костры вражескою лагеря. Но между ними лежала болотистая, разбитая земля, непригодная для лошадей.

— Модред выбрал отличное место, — услышал Артос замечание своего отца, которое тот высказал первому Центуриону Ремусу, когда они смотрели вниз с вершины холма.

— Хоть он и предатель, но неплохой воин. Однако он всё же ещё не сражался с Цезарем в Битве, — таким был ободрительный ответ Ремуса.

К их войску присоединились последние дополнительные силы. Из Венты пришёл Кай с отрядом, что оставался там для защиты города. Артос видел среди воинов и молодую поросль, его бывших товарищей по военной подготовке, так что и старые, и юные сомкнули вместе ряды. Вот только Красного Дракона не было сейчас в первых рядах.

Верховный Король не позволил им использовать птичьи перья, символизирующие его власть, нет, наоборот, он отдал приказ, чтобы каждый воин сорвал пригоршню ячменных зёрен со стеблями во время марша (сколько же полей остались теперь без сборщиков урожая!) и прикрепил их к своему шлему в знак того, что сражается не ради чести какого-либо короля, а за свою родную землю. Так же поступили и с огромным гребнем на древке копья, которое несли позади Верховного Короля, и с петлёй вокруг Орла, которого нёс Кайус.

Ночь наступила со звуками рогов, возвещающих о начале переговоров посреди этой разрушенной земли, теперь хорошо освещённой светом факелов. А потом появилась группа не воинов, но жрецов, державших речь с Королём. Их возглавлял Имфри, один из тех, кто в прошлом часто накидывался на Пендрагона, потому что тот не дал церкви большей власти. Однако Верховный Король даже к нему отнёсся с подобающей учтивостью.

Об этой встрече Артос слышал только то, что его отец сказал позднее: церковники настаивали на перемирии, во время которого Модред и Верховный Король могли бы встретиться лицом к лицу и, возможно, эта земля избежала бы пролития моря крови.

— А как же саксонцы? — спросил Артос.

Мариус резко рассмеялся.

— Ах, да, саксонцы. Впрочем, жрецы никогда не теряют надежду, что обратят к себе их души. Их вождь — Обнажённый Клинок — похоже, прислушивается к Имфри. Ладно, Цезарь позволит им участвовать в этой встрече. Зато переговоры дадут нам запас времени, в чём мы сейчас больше всего нуждаемся. Нельзя доверять обещаниям ни Модреда, ни саксонцев. С каждой стороны выйдет по десять вооружённых человек, но отдан приказ, который необходимо неукоснительно выполнять, — не вытаскивать клинков, что бы ни случилось. Показать оружие означает нарушить перемирие.

— Ты пойдёшь? — тут, к облегчению Артоса, Мариус отрицательно покачал головой.

— Цезарь берёт с собой только двух своих капитанов, Кая и Гавэйна. Если будет устроена ловушка, то тогда он не потеряет всех. Да и в любом случае, есть перемирие или нет, но мы будем ждать на конях, готовые к сражению, когда они отправятся на встречу.

Солнце поднялось уже довольно высоко, когда Верховный Король и отобранные им люди отъехали от рядов своего войска. А от армии, находившейся напротив них, где на штандартах были небрежно нарисованы лошадиные хвосты Крылатых Шлемов и в центре возвышалось древко Дракона, отошли другие воины.

— Их Дракон мрачен, — пробормотал Кайус Артосу.

И это было действительно верно. Красное знамя не развевалось горделиво по ветру, но лишь вяло висело, словно разорванный лоскут на штандарте. Возможно, это было зловещее предзнаменование — что только в руках Верховного Короля оно оживает.

Когда два небольших отряда встретились на равнине, жрецы с одной стороны пропели речитативом гимн, который донёсся до зрителей лишь как едва слышное бормотание. Пока они ждали, стало ещё жарче. Время от времени кто-то тихо шептал о чём-то соседу. Однако более заметным было топтание на месте лошадей, которым досаждали мухи, и лязганье доспехов, когда кто-то менял своё положение.

Земля перед ними была болотистой, поросшей вереском, в отдельных местах встречалась трясина, вовсе не подходящая для того, чтобы по ней скакали всадники на конях. Там и тут виднелись несколько разбросанных групп карликовых пихт, но в основном на равнине росла грубая трава, выгоревшая на солнце и принявшая цвет созревшего зерна.

Вдруг Артос увидел вспышку света. Один из людей Модреда, вытащив меч, нанёс рубящий удар в землю. Его сталь в нарушение договора теперь была обнажена.

— Перемирие нарушено! Перемирие нарушено! — сначала этот крик был тихим, но затем он превратился в рёв, когда его подхватили другие.

А там, внизу, уже переплелись между собой люди, выхватывая мечи, лязгая ими…

— Сигнал!

Артосу не нужен был этот приказ, рог уже дрожал у его губ. Резкий призыв затерялся среди других шумов. И сразу началась атака, которую запланировал Верховный Король; люди из его отряда кричали на скаку: «Аве, Цезарь!»

Случившееся потом безумие Артос не мог впоследствии припомнить, если не считать отдельных маленьких кусочков: сражение поглотило его целиком, и он, как и все, размахивал своим римским мечом. Он видел искажённые лица, которые затем исчезали, раз-другой появлялась полоса свободного пространства, когда люди отрядов собирались вместе и перегруппировывались, чтобы снова быть отправленными в атаку.

В какой-то момент Артос увидел, как Кайус рухнул вниз под ударом саксонского топора и еле успел схватить Орла прежде, чем тот затерялся, воспользовавшись его шестом, чтобы ударить по голове человека, который убил его прежнего хозяина, и сбить врага с ног так, чтобы лошадь наскочила прямо на него. С каждым разом перестраивавшиеся ряды отрядов становились всё реже и реже, все больше среди них было раненых, некоторые держались в своих сёдлах только благодаря силе воли.

Небо потемнело, однако всё же было ещё достаточно светло, чтобы видеть всё вокруг. Вот Верховный Король в своём фиолетовом плаще Цезаря с порванной бахромой; его щит, от которого уже почти оторвалась голова дракона с ярко-красными глазами, по-прежнему в его руке; а его великий меч, о котором сложено столько ужасных историй, стал красным в его руке — руке Верховного Короля, Артоса Британского!

Прямо перед ним появился принц Модред, всё его королевское убранство было изрядно испорчено грязной работой этого дня.

— Нет! — голос принца перешёл в громкий страстный крик, словно он не мог вынести вида живого Короля перед собой. Модред стремительно бросился вперёд, подняв наготове меч. Король приготовился отразить атаку.

Модред нанёс первый удар по коню, и тот с пронзительным ржаньем встал на дыбы, а принц тем временем уклонялся от бьющих воздух копыт. Артос Пендрагон выпрыгнул из седла, однако приземлился он неудачно, споткнувшись, так что Модред, низкорослый, похожий на змею, обрушил свой меч на его щит. Но клинок угодил в трещину в щите, и он не сумел быстро вытащить его для повторного удара. Верховный Король в свою очередь нанёс мощный удар по противнику в то место, где шея соединяется с плечом. Модред пошатнулся на одни бок, мёртвый ещё до того, как тело его рухнуло на землю.